Б.В.Ничипоров.  Введение в христианскую психологию.

Как в мирской жизни, так и в духовной проклады­вать путь, первым начинать то или иное дело всегда труднее. Идущему впереди сложнее добиться призна­ния в науке или искусстве, так же нелегко подни­маться и на непокоренные вершины гор. Гораздо лег­че тем, кто идет вослед.

И сказал Господь Бог. не хорошо быть человеку одному. (Быт 2,    18) Здесь речь пойдет не о том, «какие случаи бывают» в семьях. (А в наших семьях, как известно, «случаи бывают разные.

Много на Руси прославлено Святых людей, но есть среди них люди, святость которых являет­ся совершенно особой. Она выражает саму ду­шу народа. Они, эти люди, являют корень, основу на­родной святыни. Они были, есть и будут всегда по­длинными отцами народа. Таков был преподобный Сергий Радонежский.

Идея этого раздела зародилась после спора с пред­ставителями общества Рериха. Идее безосновного псевдодуховного синкретизма (интернационализма) должна быть противопоставлена духовная, православ­ная идея нашего единства. Это идея соборности. Нас слишком долго, но все же безрезультатно пытались лишить своего духовного лица. Мы абсолютно отож­дествляемся с мудростью мужичка из повести А.

Когда мы читаем житие святителя Николая или других прославленных святых, то обнаружива­ем, что почти на каждом из них с самого де­тства лежала печать чего-то совершенно особенного, того, о чем в Евангелии говорится «не от мира сего».

Но существует и личный путь человека к Богу. Когда мы читаем Жития святых, то видим их общую любовь к Богу, но мы видим и насколько они разные и разными путями идут к Богу. Личный путь любого человека уникален. Но есть разные варианты формулировок нравственного совер­шенствования. Проекция же цели всегда обращена в вечность.

Церковное братство — это община верующих во Христа людей, объединенных общей жизнью на кон­кретной исторической земле вокруг православного Храма. Не всякий церковный приход являет собой братст­во. Каждый настоятель знает — есть ли у него братст­во или нет.

Каков же статус внутренней работы современных психологов? О чем вообще говорят психологи между собой? В лучшем случае — это обмен мнениями по по­воду внутренней интроспекции. Но что может рождать долгое смотрение на собственную падшую душу? — Ци­низм, уныние и разочарование в себе, а заодно и во всем ... человечестве.

Одна из удивительных антиномий православной души — это соединение в одном: и укоренение на земле, неизбывное вчувствование в мистику своей земли, с одной стороны, и здесь же — некая совер­шенная свобода и несвязанность ничем, в том числе и местом.

Природа в русском сознании никогда не обожест­влялась. Об этом много у А. С. Пушкина. Русской ду­ше не свойствен пантеизм. За явлениями природы всегда стоит нечто неизмеримо большее, ее Творец, Бог. Русская душа в своей полноте всегда тяготела к простоте и к молчанию. Ценностью было не внешнее, а внутреннее, глубинное, сердечное.

Слово первое Православие, как и любая другая мощная культу­ра, имеет огромный духовный опыт представлений о смерти, молитвенный и аскетический опыт как при-уготовления к смерти, так и самого акта умирания. Христианство имеет и колоссальный опыт посмерт­ных видений и откровений самого разного типа. Христианин с самого детства начинает готовиться к смерти.

Изменение «внутреннего человека» естественно влечет за собой благие перемены или новообразова­ния и во всей жизнедеятельности. Их может быть не­сколько.   ОБРЕТЕНИЕ СВОЕГО ПУТИ И ФОРМИРОВАНИЕ ЛИЧНОЙ «СУБСТАНЦИОНАЛЬНОЙ

Этапы возрождения личности, которые мы искус­ственно выделяем здесь, имея пропедевтические зада­чи — это лишь некоторые моменты в стихии движе­ния души к Богу. И важнейшим, центральным мо­ментом такого движения является покаяние. Покаяние — это сердце духовной жизни, т. е. пере­мена к лучшему.

Христос каждую Пасхальную ночь приходит в наш город, в наше село, в наш дом. Приходит такой же, как в ту памятную ночь: кроткий, ра­достный, победивший. И нет среди нас ни одного че­ловека, который равнодушно встретил бы эту весть: Христос воскресе!

Если увиливание, дабы «не поставить себя под вопрос», становится способом жизни, то такое лично­стное устроение именуется фарисейством и зиждется на тайной гордости, ибо имеет, как правило, благо­пристойный и нормальный личностный фасад.

И мудрое сферическое зданье Народы и века переживет. О. Мандельштам СТИХИЯ ВОЗРОЖДЕНИЯ О. Мандельштам очень не любил и побаивался слова «развитие». В «Путешествии в Армению» он пи­сал: «Скучное, бородатое развитие».

Общество, в котором продолжает свое истори­ческое служение в России Православная Цер-ковь, не могло, естественно, сразу за год по­сле получения реальной свободы, преодолеть духов­ный паралич. Должно пройти время. И, видимо, не­мало времени.

Мы все тяготимся осквернением нашей природы. Заходим в реку и, вместо того, чтобы на-слаждаться прохладой воды, сразу же вспоми­наем: совсем недавно ближайший лакокрасочный за­вод был оштрафован за отсутствие надлежащих очи­стительных сооружений ... Берем в руки спелый по­мидор, но опять приходит мысль: сколько же в нем нитратов!

23 марта 1914 года в Москве был торжественно от­крыт Психологический Институт им. Л Г. Щукиной. На молебне в этот знаменательный день Епископ Серпуховской Анастасий произнес слово, смысл ко­торого становится, на мой взгляд, ясным в полноте лишь сегодня.

Представленный читателю скромный труд являет собой промежуточный итог размышлений и практики в рамках нового и фундаментального направления в отечественной психологии. Сегодня на историческом изломе в России мы мо­жем наблюдать сразу три психологических течения. Первое — это традиционная, привычная для по­следних десятилетий психология.